Ректор Российского института театрального искусства – ГИТИС Григорий Заславский на днях вернулся из прифронтового Белгорода. Там, несмотря на ежедневные обстрелы и БПЛА-атаки, прошел очередной фестиваль, посвященный Михаилу Семеновичу Щепкину — уроженцу Курской губернии, включавшей в прошлом территорию нынешних Курской и Белгородской областей. С «МК» Григорий Анатольевич поделился впечатлениями от поездки и от встреч с людьми, продолжающими служить культуре и искусству в экстремальных условиях.
Григорий Заславский. Театральный сквер Белгорода. Фото: Павел Колядин/БелПресса
В фестивале «Актёры России – Михаилу Щепкину» в этом году приняли участие Малый театр, Вахтанговский театр, Театр Российской армии, Владимирский, Архангельский и хозяева фестиваля — Белгородский театр драмы имени М.С.Щепкина.
«В том, что фестиваль состоялся, есть вызывающее восхищение нежелание людей, оказавшихся в сложных обстоятельствах, расставаться с устоявшимися привычками, традициями и стремлением к прекрасному, хотя обстановка этому всячески препятствует. В Белгородской области сегодня есть дороги, находящиеся под постоянными обстрелами украинской армии, мне рассказывали, что на обочинах там – взорванные и сгоревшие автомобили. Но мы много лет дружим, и я не мог не отозваться на приглашение легендарного директора Белгородского театра Виктора Ивановича Слободчука, – прочел в Белгороде лекцию и посмотрел два спектакля, причем второй выпустил зарождающийся на базе местной школы искусств Музыкальный театр», — рассказал наш собеседник.
Также Заславский упомянул, что передал денежную составляющую полученной в марте национальной премии для управленцев в сфере культуры десяти работникам культуры из многострадального Грайворонского района.
— Мы дружим с Белгородским институтом искусств и культуры, я стараюсь каждый раз бывать у них, приглашаем их студентов в Москву, здесь проводим для их студентов мастер-классы осенью. Не могу не приезжать, потому что помню, как в декабре 2022 года, накануне страшного обстрела центральной части города, включая площадь перед Щепкинским театром, вошел в зал во время спектакля, – в зале аншлаг. Я понял тогда, что театр – не развлечение и не досуг, а нечто жизненно необходимое. Даже под угрозой смерти люди идут в театр.
Фото: Из личного архива Григория Заславского
— Сколько дней вы провели на Белгородчине?
— В этот раз два дня: фестиваль и поездка – по мирным русским просторам на Прохоровское поле, где в 43-м состоялось одно из главных танковых сражений Великой Отечественной. Но безмятежность эта кажущаяся, – буквально в нескольких километрах находятся официально упраздненные села, усеянные минами, куда никогда не вернутся жители. А в Грайвороне сегодня детям нельзя самостоятельно перемещаться по улице, – их сопровождают утром в школу, а вечером взрослые провожают домой. А библиотекарей, работников домов культуры из Грайвороново, с которыми я встречался, на работу и с работы возят на БТР.
— За время вашего пребывания в приграничном регионе сколько раз звучали сирены?
— Мне повезло – в состоявшуюся три месяца назад поездку БПЛА-тревогу объявили, когда я уже сел в поезд, а в этот раз два раза «гудело» — во время лекции и вечером следующего дня. Все встают, перебираются по указателям в безопасное место и потом спокойно возвращаются обратно.
Слева направо: завлит Белгородского театра Наталья Зотова, Григорий Заславский, Максим Шапошников, Кирилл Крок, Виктор Слободчук. Фото:
— У памятника Щепкину на Соборной площади побывали?
— В этот раз нет, но мы высаживали деревья на театральной алее, расположенной позади драмтеатра, – вместе с министром культуры Максимом Шапошниковым, бывшим главой ведомства, а ныне директором музея-заповедника «Прохоровское поле» Константином Курганским – и с Виктором Слободчуком.
— В пережившей оккупацию Судже был бюст в память о первом выходе Щепкина на сцену, уничтоженный боевиками. Бывали ли вы на родине великого артиста?
— Нет, только в Курске бывал. Но знаю о произошедшем – и поражаюсь тому, что украинские военные сделали это. И поражаюсь тому, что цивилизованная Европа этого вандализма не замечает. Щепкин выступал в Харькове, служил в Полтавском театре — то есть и к украинской культуре принадлежал. (А постамент бюста был изготовлен в Киеве. — И.В.).
Мама мне рассказывала, как в 1942 году на московских улицах появились плакаты: «Папа, убей немца!», даже в песне пелось – «когда не будет немцев и в помине…». Но очень скоро «немца» заменили на «фашиста», отделив фашистов и великую немецкую музыку, литературу.
