Сразу две выставки открылись на этой неделе в Галерее искусств Зураба Церетели в Академии художеств. Корреспондент «МК» отправился на «вернисаж в квадрате». О моновыставках ярких современных мастеров — в нашем материале.
«Янтарная комната» на выставке Анатолия Чечика Фото: Марина Бляшон
Экспозиция «Я — театр» — это путешествие по личным дневникам, но вместо записей в блокноте — живопись. В такую «поездку по своей жизни» берет нас с собой художник Анатолий Чечик, представивший выставку-автофикшн. Уже создалось впечатление, что мы собираемся «прочесть» сценарий автобиографического живописного фильма? Отнюдь. Нас пускают в мир души автора, где события жизни пропускаются через глубокую рефлексию. Тут же добавим, что автофикшен — слово, которое сейчас звучит из каждого утюга. Не роман, не мемуары не автобиография. Автор — одновременно и герой, и режиссер собственной судьбы (как и мы все!), повествование от первого лица — хороший художественный прием.
Анатолий Чечик, Андрей Золотов, Татьяна Кочемасова Фото: Марина Бляшон
Анатолий Чечик — фигура в культурном ландшафте заметная, яркая. Архитектор по образованию, сценограф по призванию, он с конца семидесятых оформил три с лишним десятка спектаклей — работал в Украинской и Грузинской ССР, ставил в театре кукол, преподавал в ГИТИСе в нулевые. Человек, который мыслит не декорациями, а пространством. И вот теперь он перенёс театральную режиссуру на стенды и в залы — превратил анфиладу из четырёх комнат в пьесу о собственной жизни, разбитую на четыре самостоятельных акта.
Из театра Чечика мы попадаем в вылепленный мир Галины Визель. Керамика для нее не материал, а язык, на котором она говорит как на родном. Корни, суффиксы и приставки, из которых она составляет свои высказывания — фаянс, глазурь, обжиг, глина и краски.
На выставке работ Галины Визель Фото: Марина Бляшон
«Текст», который мы читаем на выставке «Эхо предков» — это живописное воплощение легенд и мифов Югры, признание в любви нашему Северу и тончайшее чувствование природы и невидимого нам божественного начала, которое можно лишь ощутить — не телом, но душой.
